Галина Павловна Окорокова (gp_okorokova) wrote,
Галина Павловна Окорокова
gp_okorokova

Categories:

Константин Воробьёв. Гордый и трудный человек

В 1989 году вдова нашего земляка, писателя Константина Дмитриевича Воробьёва подарила мне, сделав дарственную надпись, небольшой сборник. Назывался он «Заметы сердца. Из архива писателя». Много раз возвращаюсь к нему, находя новые и новые мысли, идеи, настроения. Неизменным остаётся одно ощущение: какой же Константин Дмитриевич «нашенский», шелкОвский.


…Потом не стало Веры Викторовны, верной подруги и спутницы жизни Константина Дмитриевича. Но продолжают приезжать в родное село Нижний Реутец, (раньше, при Константине Дмитриевиче, оно называлось ШелкОвка) Медвенского района Курской области дети – Наталья и Сергей Воробьёвы. Их приезд, это всегда праздник. На встречу с ними приходят курские школьники, односельчане. Тема одна – жизнь, судьба и творчество Константина Воробьёва.

«Заметы сердца» – особая книга. Заметки, письма писателя, его дневники – этот мир принадлежал только ему одному. Прочтёте эти «заметы» и предстанет перед вами человек, живший, как натянутая струна. И становится ясно, что иначе не могло быть. Потому, что он не терпел лжи. Потому, что был раним. Потому, что был неугоден власти со своими произведениями о войне. Потому, что страдал от безденежья и черствости сильных мира сего.

Живя в Литве, мечтал переехать в Воронеж или во Псков, Рязань или Курск. Нигде его не приняли. Из писем (1964-65 годы) Виктору Астафьеву: «Витёк, осточертела чужбина! Хочу в Русь, криком кричу – хочу домой!». «Я недавно написал повесть «Почём в Ракитном радости». Это об обворованном детстве и юности чистого мальчика. Писал долго, мучительно и радостно. Журналы не взяли». «…господи, как хорошо, что на земле моей сохранились ещё такие люди, как ты, как Твардовский, Пастернак, Юрка Нагибин, Виктор Некрасов – и имя нам – легион! Не знаешь ли ты, мученическая душа твоя русская, отчего нас невозможно пронять, отчего мы, несмотря на трёхсотлетнее ярмо татар, розги Салтычихи, лагеря Берии и Сталина – сохранили живой, честный ум и весёлый смех! Нет, живы мы – столбовые русские смерды и дворяне, и никому не отдадим свой летучий – для нас неминучий – гений, всеохватную душу свою, умеющую любить, терпеть, прощать и помнить». «…у меня есть два рассказа о войне – «пронзительные». …мне что-то сейчас не работается: наверно, втуне ожидаю хулу и брань разных бровманов (ГПО: один из критиков творчества Воробьёва) за своих «аистов». Сволочи, вышибают недозволенными приёмами перо из рук, никак не могу привыкнуть к оскорблениям, хоть на мне уже и места нету живого!». «Что ты делал в моих Курсках? А Носов – кто? Я не читал его. Ох, хочу на родину! Я ведь чуть-чуть не смылся в Рязань, да не вышло с жильём… Я уже прощупывал почву насчёт Курска. Но мне сказали, что тамошний секретарь обкома терпеть не может писателей…». «Я, видишь ли, уже отвык от человеческого слова, потому как рык и брань сплошь. И не то, чтобы я не понимал сути этой брани, не ведал истины за брехнёй, но сердце-то не защищённое. Вот дело-то какое.»

«Я похож на человека, бегущего под уклон с ножом в спине», – напишет К.Воробьёв в июле 1966 года сотруднице одного московского издательства.

В дневнике, незадолго до смерти, появилась такая запись: «Я не могу писать. Не хочу жить. Да свершится всё, чему суждено, и противиться смерти не надо».

И ещё: «На Руси были страшные времена, но подлее моего времени не было. Сохрани, Боже, последние единицы, укрой их и защити!».

Константин Воробьёв – мой земляк. Он оставил ныне живущим прекрасные книги. Прочтите, пожалуйста, ещё раз «Почём в Ракитном радости», «Тётка Егориха», «Крик», «Убиты под Москвой», его «пронзительные» рассказы. И вы увидите перед собой красивого человека и талантливого писателя. Гордого и трудного человека, – так отозвался о Константине Дмитриевиче Воробьёве его друг, писатель Геннадий Некрасов.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments