January 27th, 2011

Сомерсет Моэм (1874-1965). Вечные вопросы?

Предисловие: Впервые познакомилась с талантом известного английского писателя Сомерсета Моэма много лет назад. Потому, что его роман «Луна и грош», посвящён творчеству Поля Гогена.
Поль Гоген, в свою очередь, «прилегает» к французским импрессионистам, чьи работы стараюсь обязательно увидеть в разных художественных музеях у нас и за рубежом.
К Рождеству 2011 года одна из немецких подруг, гостившая у меня прошлым летом, прислала великолепно изданный, красочный альбом Поля Гогена. В нем оказались хорошо знакомые работы, а также новые для меня.
Снова потянуло перечитать «Луну и грош».
Открытие: Оказалось, что образ П.Гогена (художник Чарльз Стрикленд) вполне согласуется с тем, как был сформирован много лет назад. Хотя, например, в романе нет такого важного события, как возвращение Гогена во Францию и встреча его с Винсентом Ван Гогом в Провансе. Ван Гог, как известно, был одержим идеей создать общий дом для художников, работать, общаться и т.п. Нищий Гоген поддался на уговоры. Чем всё закончилось, вы знаете: отрезанным ухом Винсента. По одной из версий, это сделал Гоген (абсент!?), наутро после инцидента спешно отбывший в Париж, затем - на Таити, откуда уже не возвратился. Завершение жизненного и творческого пути художника для меня является сильной частью романа.
Открыла же для себя заново С.Моэма.

Несколько зарисовок из романа:

«…Любовь – это забота и нежность… в любви есть много милосердия, желания защитить любимое существо, стремление сделать добро, обрадовать – если это и не самоотречение, то во всяком случае, удивительно хорошо замаскированный эгоизм, - но в ней есть и некоторая робость… Она отрешает человека от самого себя, и даже завзятый ясновидец хоть и знает, что так оно будет, но реально не в состоянии себе представить, что его любовь пройдёт. Любовь облекает в плоть и кровь иллюзию, и человек, отдавая себе отчёт в том, что это иллюзия, всё же любит её больше действительности. Она делает его больше, чем он есть, и в то же время меньше.. Он перестаёт быть самим собой. Он уже не личность, а предмет, орудие для достижения цели чуждой его цели, чуждой его «я».

«Люди говорят о красоте беззаботно, они употребляют это слово так небрежно, что оно теряет свою силу и предмет, который оно должно осмыслить, деля своё имя с тысячью пошлых понятий, оказывается лишённым своего величия. Словом «прекрасное» люди обозначают платье, собаку, проповедь, а очутившись лицом к лицу с прекрасным, не умеют его распознать. Они стараются фальшивым пафосом прикрыть свои ничтожные мысли, и это притупляет их восприимчивость. Подобно шарлатану, фальсифицирующему тот подъём духа, который он некогда чувствовал в себе, они злоупотребляют своими душевными силами и утрачивают их…»

Художник Дик Струве (у него « было нежное, великодушное сердце и повадки шута, безошибочное чувство красоты и умение писать только пошлые картинки, удивительная душевная деликатность и вульгарные манеры») после самоубийства жены говорит: «Мой отец хотел, чтобы я тоже стал плотником. В пяти поколениях переходило у нас это ремесло от отца к сыну. Может быть, в этом мудрость жизни: идти ни направо, ни налево. Маленьким мальчиком я говорил, что женюсь на дочке соседа –шорника. У девочки были голубые глаза и косички, белые, как лён. При ней всё в моём доме блестело бы, как стёклышко, и наш сын перенял бы моё ремесло…

…Жизнь груба и жестока. Никто не знает, зачем мы здесь и куда мы уйдём. Смирение подобает нам. Мы должны ценить красоту покоя. Должны идти по жизни смиренно и тихо, чтобы судьба не заметила нас. И любви мы должны искать у простых, немудрящих людей. Их неведение лучше, чем всё наше знание. Надо нам жить тихо, довольствоваться скромным своим уголком, быть кроткими и добрыми, как они. Вот и вся мудрость жизни».

…………….К слову, в начале прошлого века С.Моэм был в России. У него есть своё видение России и русского народа. Об этом он написал в «Подводя итоги». Для тех, кто ещё не успел познакомиться с этой работой, в следующий раз поделюсь. Хотя соглашаться с выводами великого англичанина трудно.