September 9th, 2018

"... осточертела чужбина! Хочу в Русь, криком кричу - хочу домой!"

После каждой встречи с Натальей Константиновной Воробьевой, дочерью  нашего земляка, писателя Константина Воробьева, в который раз открываю его книжку. Любую.

И заново погружаюсь  в особую атмосферу переживаний и мыслей писателя.
В его личный мир. Честный, бескомпромиссный.

Теперь, когда писателя нет на земле более сорока лет, становится ясно, что он остался в литературе надолго.
Почувствуйте, пожалуйста,  его "нерв".

Ниже - небольшие выдержки из сборника "Заметы сердца".

"Ночью освещенные коробки домов были похожи на громадные соты. Только это, конечно,  не мед и не пчелы!"

"Стояли сухие, почти жаркие дни августа, свет был прозрачен, негуст, и в тени  тянуло прохладой, и во всем  проступала печаль  по изжитому, ушедшему".

"Говорил он спокойно, ласково, почти нежно, и до того бесстрастно, что было страшно. И хоть бы рассердился, накричал, вспылил. Нет! Ведь такие угробят любое дело, любого человека - и с улыбкой и нежностью. Гад!"

"Жизнь  очень тревожна, люди  в ней  напоминают мне  голубей, которых кормят  на веранде ресторана, - кто  больше и скорее склюет".

"Три породы голубей - лесные, городские  и домашние.   Эти уже похожи на кур: сидят взаперти, вылезают на прогулку и поспешно возвращаются  в свою конуру, -  продались за горсть худого корма.
Так и люди".

"Какое-то порочное убожество мысли, какое-то  злое мещанство и желание видеть  в жизни  людей подрывные  стремления.
Если проследить природу подобных тенденций, то можно безошибочно сделать  следующее заключение - человек, во всем выискивающий  "крамолу",  непременно сам  отягощен  каким-то непотребным  для нашего общества грузом. И мнимая "крамола" нужна ему  для воровского приобретения  некоего политического капитала".

Из письма к В.Астафьеву:
"Мы нищи хлебом, но зато  "в моей душе лежит сокровище, и ключ  поручен только мне", как сказал Блок. Это чувство  радости за свою нерастраченность очень легко проявляется в лесу, на пустынном озере. Правда?    ....

Я недавно написал повесть  "Почем в Ракитном радости". Это об обворованнгом  детстве и юности чистого мальчика. Писал долго,  мучительно и радостно. Журналы не взяли.       ...

Не знаю, как Вы, а я пишу очень трудно и медленно. А тут еще чужбина, не свое, русское. Хотя леса тут - диво!  И  множество прекраснейших озер". 28.01.64

Тоже, из писем  к В.Астафьеву:
"Мне что-то сейчас не  работается: наверно, втуне ожидаю хулу и брань  разных бровманов за своих "аистов". Сволочи, вышибают  недозволенными приемами  перо из рук, никак не могу привыкнуть  к оскорблениям, хоть на мне уже  и места нету живого!"  22.05.64

"Привет, дружище!
Спасибо за ласку: я, видишь ли,  уже отвык от человеческого слова, потому как рык  и брань сплошь.  И не  то, чтобы  я не понимал сути этой брани, не ведал  истины за брехней, но сердце-то  не защищенное! Вот дело-то какое". 28.02.66

"Есть у меня и просветы на горизонте: ребята  из Пскова обещают  осенью квартиру там. Перееду. Был я  у секретаря обкома. Кажется, перееду. Может, там, на родной земле,  будет лучше?" 21.09.68

И, в завершение:
"Он уже давно не мог  засыпать без путешествий в  свое детство. Или он залезал на дуб, или бродил  по болоту в поисках  утиных и чибисиных яиц, или запружал ручей под "Грибакиными", или гнал в ночное мерина, или собирал в "Большом лесу" пазабник (так называлась в Шелковке земляника)".

... Мы провели с Натальей Константиновной и ее супругом Юрием Петровичем полный день в родном селе  Нижний Реутец Медвенского района, нашей Шелковке.
Пообедали в домике моей старшей сестры Антонины Павловны, которая  помнит маму Константина Дмитриевича -  красавицу Марину Ивановну.
Хорошая получилась встреча. Несмотря на предвыборный день,   нашли  время для общения главы двух  муниципалитетов - из Нижнего и Верхнего Реута - Андрей Григорьевич и Павел Валентинович. Присоединились и наши односельчане.

Рассказ Натальи Константиновны  об отце, семье, жизни в Литве, а затем и в Москве   в очередной раз подтвердил:  Константин Воробьев - писатель милостию Божьей.

Будем радоваться  тому, что теперь есть его книги - в библиотеках Курской области, в литературном музее. Пятитомное издание   Наталья Константиновна подарила своим землякам и в этот раз.

Наталья Константиновна, как особенно  явственно проступило в этот приезд,  очень похожа на своего отца: характером, искренностью, мощным  аргументированным, красивым словом. Ее эмоции,  чувство любви к родным местам отца свидетельствовали о главном: даже родившись за тысячи километров  от Нижнего Реута,  с возрастом ощущение  родины предков только усиливается.
Значит, будем желать нашим московским друзьям новых встреч на курщине!
Будем рады тому несказанно!

А всем, кто прочел эту запись - спасибо.
И.  Вернитесь, пожалуйста, не откладывая,  к   произведениям К.Воробьева.
Например, "Крик" и "Убиты под Москвой".
Или "Почем в Ракитном радости".
Или его рассказы.
И. конечно, же "Друг мой Момич" и "Тетка Егориха"...